У Алины Загитовой все-таки появится собственная школа фигурного катания или проект так и останется красивой идеей на бумаге? История тянется уже почти два года, обрастает инсайдами, переносами сроков и слухами о миллиардных сметах. При этом ключевой вопрос по-прежнему открыт: когда и в каком формате заработает школа имени олимпийской чемпионки — и заработает ли вообще.
Как все начиналось: предложение от Минниханова и быстрый старт на словах
Отправной точкой стал июнь 2023 года. Глава Татарстана Рустам Минниханов на официальной встрече публично предложил Алине Загитовой открыть в республике спортивную школу ее имени. Он подчеркнул, что для местной молодежи Алина — пример и ориентир, а у Татарстана уже есть опыт создания успешных спортивных школ в разных видах спорта. Логичный следующий шаг — применить этот опыт в фигурном катании.
Практически сразу подключилось Министерство спорта республики. Министр Владимир Леонов сообщил, что с Загитовой уже ведутся переговоры, в ближайшее время запланирована встреча, а в планах — запуск школы имени Алины Загитовой уже с января 2024 года. Звучало амбициозно: за полгода — от идеи до работающей школы.
Через неделю Леонов уточнил, что сейчас готовится юридическая схема создания учреждения, а параллельно формируется техническое задание на строительство полноценного Центра фигурного катания в Татарстане. То есть речь шла не просто о группе на льду в одном из уже существующих дворцов спорта, а о масштабном инфраструктурном проекте.
Позиция Алины: не просто «дать имя», а вникнуть в процесс
Уже на следующий день после заявлений чиновников заговорила и сама Алина. Она призналась, что предложения открыть школу ее имени поступали давно, но она систематически отказывалась — не чувствовала готовности с организационной точки зрения. По ее словам, только со временем пришло понимание, как выстроить тренерскую систему и как вообще должна работать школа, где она отвечает не только имиджем, но и результатом.
Особо Загитова подчеркнула два момента:
— открывать школу она хочет именно в родном регионе — в Татарстане;
— ее роль не ограничится символической — она намерена глубоко погрузиться в процесс, а не просто подписать табличку на фасаде.
Алина заявила, что морально готова и к тренерской работе, но пока не в формате ежедневной «каторги» у бортика с раннего утра до позднего вечера. Она видит себя в комбинированной роли: частично тренер, частично управленец, человек, который принимает ключевые решения, регулирует организационные моменты и формирует тренерский костяк.
Амбиции проекта: не табличка, а полноценный центр фигурного катания
Леонов в своих комментариях несколько раз делал акцент: речь идет не о формальном учреждении с громким названием. По его словам, Алина должна стать фактическим руководителем школы: заниматься отбором детей, лично влиять на подбор тренеров, проводить мастер-классы, анализировать результаты работы.
План выглядел так: до конца 2023 года — полная юридическая подготовка, определение организационно-правовой формы, подготовка к набору первых групп. С января 2024-го — старт занятий в существующей инфраструктуре (то есть на базе уже имеющегося дворца спорта), а затем — параллельное строительство отдельного объекта, Центра фигурного катания. Под него совместно с мэрией Казани уже подбирался участок.
Отдельной задачей стало техническое задание на будущий центр: сколько ледовых площадок, какие дополнительные залы, какие условия для восстановления, где разместить общежитие или интернат для иногородних спортсменов. Уже на этом этапе было понятно, что проект потянет на сотни миллионов рублей, а может и больше.
Инсайды: кто был инициатором и почему возникли вопросы к тренерскому штабу
В августе 2023 года появились первые неофициальные детали. Сообщалось, что изначально идею школы предложила не республика, а сама Алина — на одной из встреч с руководством Татарстана. Еще один важный момент: по информации источников, Загитова хотела формировать тренерскую команду сама, практически не опираясь на местных специалистов.
При этом переезд в Казань на постоянной основе она не планировала, а контакты с татарстанской федерацией фигурного катания на тот момент были минимальными. Это тут же породило вопросы: как руководить школой и центром, находясь большую часть времени в Москве? И как развивать региональное фигурное катание, если не опираться на тех, кто уже много лет работает на местах?
Такая модель больше напоминает «федеральный» или личный бренд-проект, чем классическую региональную школу, интегрированную в уже существующую систему спорта субъекта.
Переносы сроков: от января к «новому учебному году»
К концу 2023 года стало ясно: первоначальные сроки не выдерживаются. Хотя юридическая часть продвигалась, главный узел — финансирование — оставался неразрешенным. Открыть школу в январе 2024 года, как планировалось, не успевали.
Незадолго до намеченного старта Леонов уже говорил о другом ориентире — «начало нового учебного года». То есть не январь, а сентябрь 2024-го. Формально проект продолжал жить, техническое задание на Центр фигурного катания допиливалось, Алина, по словам министра, «консультирует, смотрит», но конкретики становилось не больше.
Главная проблема — деньги. Строительство нового ледового центра, оснащение, штат, содержание — все это требовало серьезных вложений. Варианты с частными инвесторами, бюджетным финансированием и смешанной моделью рассматривались, но до реального подписания документов дело не доходило.
«Битва школ» и новая роль: Алина — уже не только спортсменка, но и менеджер
7 февраля 2024 года Загитова вышла на лед в шоу-формате — в «Битве школ». После выступления она неожиданно сделала акцент не только на спортивной составляющей, но и на организационной. По ее словам, такие турниры полезны не только юным фигуристам, но и ей самой: она подмечает детали, которые пригодятся в ее будущей казанской школе уже в качестве менеджера.
Через несколько дней Алина сформулировала свою амбицию еще жестче: она хочет совмещать функции тренера и управленца, ей «надо все и сразу», а контроль — то, что ей действительно близко. Такой подход может стать плюсом, если будет выстроена четкая система делегирования, но может и замедлить запуск, если каждая мелочь должна проходить через одного человека.
Новые задержки: финансирование так и не найдено
Как часто бывает в российских спортивных стройках, за громкими словами последовал период затянувшейся тишины и переносов. Вскоре после заявлений Загитовой о желании контролировать все процессы Леонов сообщил о новом переносе сроков. Причина — все та же: поиск источников финансирования.
Сроки сдвигались раз за разом. По состоянию на март 2025 года окончательного решения по финансированию проекта так и не было. Школа в формате полноценного учреждения не начала работать ни в январе, ни в сентябре предыдущего года, а Центр фигурного катания существовал только на бумаге и в презентациях.
Создавалось впечатление, что история может затянуться на неопределенный срок: идея есть, публичная поддержка декларируется, но без денег и утвержденной сметы дальше юридических формулировок дело не двигается.
Миллиардный ценник: почему проект показался слишком дорогим
В мае 2025 года всплыла еще одна важная деталь — ориентировочная стоимость. По информации издания, власти Татарстана не согласовали проект в предложенном виде, посчитав его слишком дорогим: смета превышала миллиард рублей.
Для региона даже с устойчивой экономикой это значительная сумма, особенно если учесть, что фигурное катание — не единственное направление, требующее инвестиций. Нужно финансировать и базовые виды спорта, и массовую физкультуру, и уже существующие объекты. Вопрос приоритетов встал в полный рост: готов ли Татарстан сейчас вложить столь крупные средства в проект, тесно завязанный на личный бренд одной спортсменки?
Тем не менее Леонов попытался разрядить волну скепсиса. По его словам, проект вышел на финальную стадию: концепция Центра фигурного катания уже сформирована, а в его структуре будет работать либо академия, либо школа имени Алины Загитовой. Он подтвердил, что сама Алина активно участвует в разработке и «ведет работу по созданию» этого направления.
Почему при стоимости «за миллиард» все еще нет тренеров
Отдельная больная тема — тренерский состав. На словах все выглядело просто: Алина сама подбирает специалистов, формирует ядро школы, задает методологию. На практике это оказалось значительно сложнее.
Есть несколько объективных факторов:
1. Дефицит топовых тренеров. Большая часть сильных специалистов уже привязана к крупным центрам — в Москве, Санкт-Петербурге и других регионах. Переманить их в Казань даже на привлекательные условия — задача непростая.
2. Сложная структура подчинения. Потенциальные тренеры понимают: работать придется не только в региональной системе, но и в проекте, завязанном на известное имя. Это значит повышенное внимание, высокие ожидания и необходимость подстраиваться под видение Алины.
3. Непрозрачные сроки. Когда запуск школы постоянно откладывается, серьезные специалисты не спешат «вязать» себя обязательствами. Они не готовы уезжать со своих текущих мест работы ради проекта, у которого нет четкой даты старта и полного пакета документов.
4. Неясная методология. Публично не звучало ни слова о том, по какой образовательной и тренерской модели планируется работать: будут ли заимствованы подходы из крупных московских школ, найдут ли место местные традиции, насколько жесткими будут тренировочные режимы.
На этом фоне возникает парадокс: смета проекта переваливает за миллиард, но к моменту обсуждения бюджета у школы все еще нет подтвержденного списка тренеров, ни главного, ни даже костяка старших наставников.
Чем школа Загитовой могла бы отличаться от других проектов
Если отвлечься от бюрократических и финансовых сложностей и взглянуть на идею шире, у школы имени Алины есть несколько потенциальных преимуществ:
— Сильный бренд и узнаваемость. Имя олимпийской чемпионки — мощный магнит для детей и их родителей из разных регионов, а возможно и из-за рубежа.
— Привлечение лучших практик. При грамотном подходе можно собрать в одном центре разные школы и методики: опереться на опыт ведущих российских специалистов, добавить западные подходы к ОФП, хореографии, психологии.
— Фокус на постспортивной карьере. Алина сама переживает трансформацию из спортсменки в медийную фигуру и управленца. Ее школа могла бы уделять особое внимание образованию, работе с медиа, подготовке тренеров и хореографов из числа бывших спортсменов.
— Региональный драйвер. Для Татарстана такой центр стал бы флагманом вида спорта, помог бы поднять уровень массового катания и создать реальную альтернативу столичным школам.
Однако все эти плюсы работают только в том случае, если проект выходит из стадии бесконечных согласований и обретает понятные рамки: где, когда, за чей счет, с кем на льду и у бортика.
Какие сценарии развития возможны дальше
На данном этапе можно представить несколько реалистичных сценариев:
1. Полномасштабный запуск центра с нуля. Самый дорогой и амбициозный вариант — строительство центра по уже подготовленному техзаданию, формирование собственной школы/академии, набор детей со всей страны. Реализация возможна только при подтвержденном финансировании и сформированной команде.
2. Промежуточный вариант на базе существующей арены. Начать с небольших групп и ограниченного количества льда в уже работающем дворце спорта, отложив «дворец мечты» на более поздний срок. Это позволит запустить школу быстрее, обкатать систему и методику, а параллельно дорабатывать проект центра.
3. Партнерский формат. Вместо отдельной школы — создание отделения или программы имени Загитовой внутри уже существующей спортивной школы Татарстана, с отдельными группами и брендингом, но без строительства большого объекта.
4. Заморозка или переформатирование. Если смету не удастся оптимизировать, а финансирование — утвердить, проект может быть частично свернут или перенесен на неопределенный срок, сохранившись лишь в виде периодических мастер-классов и краткосрочных сборов от Алины.
Пока заявления Леонова о «финале» проекта и участии Загитовой говорят о том, что власти не готовы поставить на истории точку. Но и до реального старта еще очень далеко.
Что будет означать запуск школы для фигурного катания в целом
Если школа или академия имени Алины Загитовой действительно заработает в Казани, это может заметно изменить карту российского фигурного катания:
— появится еще один сильный центр за пределами Москвы и Петербурга;
— у юниоров из Поволжья и соседних регионов появится более доступный вариант для развития, не требующий переезда в столицу в раннем возрасте;
— конкуренция между школами усилится, а это часто ведет к росту качества подготовки.
С другой стороны, провал проекта или его превращение в бесконечную «стройку века» станет показателем того, насколько сложно в нынешних условиях запускать крупные инфраструктурные инициативы, даже если за ними стоит популярное имя и поддержка на самом высоком уровне.
***
На бумаге у Алины Загитовой уже есть все: публичная поддержка, сформированная концепция центра, громкий бренд, амбиции заняться управлением и тренерской работой. На практике не хватает двух ключевых составляющих — утвержденного источника финансирования и реальной команды тренеров, готовых взять на себя ежедневную работу с детьми.
Проект стоит больше миллиарда, но без людей на льду и у бортика это пока лишь красивая идея. Ответ на вопрос, будет ли у Загитовой своя полноценная школа в Казани, по-прежнему отложен — как минимум до того момента, когда финансовые и кадровые вопросы будут решены не в заявлениях, а в подписанных договорах и первых набранных группах.