Тутберидзе о финале Гран-при, риске в программах и цене четверных
Заслуженный тренер России Этери Тутберидзе в большом разговоре подвела итоги финала Гран-при, оценив выступления своих учеников и соперников, а также высказалась о переходах, «Русском вызове» и роли сложных элементов в современном фигурном катании.
Бойкова/Козловский и Мишина/Галлямов: борьба нервов
По словам Тутберидзе, победа Александры Бойковой и Дмитрия Козловского в финале далась им нелегко, хотя исход противостояния с Анастасией Мишиной и Александром Галлямовым она представляла несколько иначе.
Тренер призналась, что после чемпионата России ожидала от пары Мишина/Галлямов максимально злого, собранного выступления — двух безошибочных прокатов, которые усложнили бы задачу Бойковой и Козловскому. В таком сценарии, считает она, Саше и Диме пришлось бы показывать абсолютно чистый прокат с четверным выбросом, чтобы уверенно быть выше в протоколе.
Но, по ощущениям Тутберидзе, Мишина и Галлямов не справились с эмоциональным напряжением и фактически сами уступили дорогу соперникам. Решающее слово сказали не только элементы, но и психология.
Работа с Морозовым и новая агрессия в прокате
Отдельно Этери Георгиевна отметила сотрудничество Бойковой/Козловского со Станиславом Морозовым. Ее впечатлило, как специалист детально работает над мелочами, доводя парные элементы до высокого уровня.
По ее словам, под руководством Морозова пара стала кататься заметно агрессивнее, прежде всего в ключевых парных элементах — подкруте, выбросе. Всё это исполняется на высокой скорости, что меняет ощущение от проката: он стал острее, динамичнее, зрелищнее. Тренер подчеркнула, что очень довольна тем, как эволюционировала эта пара за последнее время.
Четверной выброс: риск, который должен окупаться
Решение включать в программу четверной выброс, по мнению Тутберидзе, полностью оправдано. Она считает, что если спортсмены объективно способны исполнять такой элемент, не использовать его — шаг назад.
Однако ее серьезно смущает действующая система оценок. Этери обращает внимание: четверной выброс сальхов имеет базовую стоимость 6,5 балла, в то время как тройной лутц оценивается в 6 баллов, а во второй половине программы — 6,6. В ее глазах такая разница нивелирует смысл риска: сложный четверной элемент почти не дает преимущества по базовой стоимости, хотя требует куда большего мастерства и сопряжен с серьезной опасностью.
Она делает вывод, что логика правил словно направлена на то, чтобы сдерживать пары от попыток четверных выбросов. При этом более опасный с точки зрения травматизма элемент — разрешенное сальто — по-прежнему существует в регламенте. Это вызывает у нее недоумение: если уж бороться за безопасность, то последовательно.
По мнению тренера, четверной сальхов должен стоить около 10 баллов, чтобы соответствовать своему реальному уровню сложности. Сейчас он не дает той прибавки, которую обязан обеспечивать, а малейшая ошибка — подставленная нога, степ-аут — сводит элемент практически к нулевому эффекту в протоколе.
Тем не менее, с художественной и технической точек зрения четверной выброс серьезно украшает программу и поднимает её на другой уровень. В статусе чемпионов России Бойкова и Козловский, по словам Тутберидзе, могут позволить себе подобный риск и эксперимент.
Садкова: идеальный четверной и борьба с собой
Говоря о Дарье Садковой, Этери характеризует ее очень по-своему: «Дашка — это Дашка». В ее исполнении четверной прыжок в этот раз был почти образцовым — с хорошими надбавками за качество (+2, +3). Однако дальше начались ошибки, которые, по мнению тренера, связаны не с техническим уровнем, а с психологией.
После успешного ультра-си в организме спортсменки резко повышается уровень адреналина, меняется ощущение тела, появляется тревога, руки и ноги словно «живут своей жизнью». Именно с этим, по мнению специалиста, Садкова пока не справляется — не всегда способна «додержать» программу головой до конца.
При этом убирать четверные прыжки из контента для Даши, по убеждению Тутберидзе, нет никакого смысла. Ошибки возникают не из-за того, что программа слишком сложна, а из-за внутреннего напряжения, сдержанности, неумения стабильно существовать в состоянии максимальной энергетики. Несмотря на проблемы во второй части проката, ее набор элементов все равно оказался достаточным для попадания на пьедестал.
Двоеглазова: ультра-си, которые перекрывают падения
У Алисы Двоеглазовой, по словам тренера, очень непростой набор элементов. Там, где соперницы без ультра-си собирают нужный набор баллов на семи прыжках, Алиса за счет сложности способна набрать схожую сумму всего за пять.
Да, в этот раз она упала, но перед этим смогла чисто выехать с четверного тулупа, что уже само по себе крупное достижение. С точки зрения техники её контент остается одним из самых сильных. Здесь работает простой принцип: если ты прыгаешь ультра-си и соревнуешься с девочками, не исполняющими такие элементы, ты можешь позволить себе одну-две ошибки и все равно остаться конкурентоспособной.
Тутберидзе подчеркивает: каждый спортсмен и тренер сам для себя решает, нужны ли такие элементы. Для тех, кто намерен бороться за медали на крупных стартах, ультра-си практически неизбежны. Для тех, кто хочет в большей степени «просто кататься», сосредоточившись на компонентах и интерпретации, такие риски не обязательны.
Хуснутдинова: ответственность и новый стиль катания
Говоря о Дине Хуснутдиновой, тренер уверена, что в ее выступлениях в первую очередь сыграли роль нервы. Девушка очень хотела продемонстрировать все, чему научилась за последнее время. В группе ей заметно подняли скорость, и теперь Дина прыгает с куда более интенсивного разбега, что меняет ощущения и требует времени на адаптацию.
Помимо чисто технического аспекта, Тутберидзе отмечает повышенное чувство ответственности: Хуснутдинова стремится доказать, что ее переход в новую группу был оправдан. В таких условиях спортсмен нередко сам себя зажимает и выступает хуже, чем готов на тренировках.
При этом тренер видит большой потенциал в шаговой части и скольжении Дины. По ее словам, у фигуристки «есть шаг» — выразительное, полноценное владение коньком, которое можно и нужно развивать. Поскольку спортсменка продолжает физически формироваться, в штабе будут внимательно наблюдать, как меняется её тело и техника, и подстраивать программы под эти изменения.
Петросян: пропуск финала Гран-при — не потеря
Отвечая на вопрос о том, насколько важным был пропуск финала Гран-при для Аделии Петросян, Тутберидзе отметила: в их планах этот турнир изначально даже не значился. После подтверждения участия в Олимпиаде, в штабе сразу решили не загонять спортсменку дополнительным стартом.
По её словам, в подобной ситуации большинство ведущих фигуристов обычно не включают финалы в календарь — после больших турниров нужно время, чтобы не только восстановиться физически, но и снять сильнейшее моральное напряжение, накопившееся за сезон.
Сейчас, подчеркивает тренер, наступил важный момент: в тренировочном процессе у Аделии «ничего не болит, ничего не беспокоит». Тутберидзе предполагает, что раньше многие недомогания и болевые ощущения были во многом следствием внутреннего напряжения — когда спортсмен постоянно ждет, что что-то вот-вот снова даст о себе знать.
Сейчас Петросян готовится к Кубку Первого канала, который Этери характеризует как более «игровой» турнир. Задача — не загонять фигуристку, а помочь ей эмоционально выдохнуть, поймать удовольствие от катания, от самого факта участия в соревнованиях, а не только от результата.
Как к Аделии относились соперницы в финале
Говоря о финале Гран-при без участия Петросян, Тутберидзе отметила важную деталь: она не считает, что кто-то из девушек, которые там катались, вообще вспоминал об Аделии в момент старта. По ее мнению, фигуристы на льду не борются с конкретной фамилией в протоколе — каждый выходит показать то, что отработал на тренировках, реализовать собственный план.
Такой взгляд хорошо иллюстрирует подход тренера к конкуренции: соперничество существует, но оно не должно выходить на уровень личной одержимости. Главная цель — выдать свой максимум в конкретный день, а не мысленно вести борьбу с теми, кто по разным причинам на этот турнир не попал.
Философия отношения к соревновательному стрессу
Завершая свои рассуждения о ментальной составляющей спорта, Тутберидзе вспомнила Евгению Медведеву. По ее словам, подобная философия — когда фигурист действительно умеет наслаждаться самим временем на льду, а не только итоговой оценкой, — была в полной мере присуща именно Жене.
Медведева выходила на старт с ощущением, что это особый момент, который нужно прожить, прочувствовать, а не только «откатать по плану». Такой внутренний настрой помогал ей выдерживать колоссальное давление в годы, когда она была лидером сборной и постоянным фаворитом любых стартов.
Тутберидзе явно проводит параллели: современным спортсменам, особенно тем, кто исполняет программы с ультра-си и выступает в условиях постоянных обсуждений и давления, жизненно важно научиться относиться к прокату не как к экзамену, а как к возможности реализовать себя.
«Русский вызов» и ощущение несправедливости
Тема турнира шоу-программ «Русский вызов» для Тутберидзе оказалась болезненной. По её словам, некоторые решения, связанные с форматом и оцениванием, воспринимаются ею как унизительные. В основе ее реакции — убеждение, что труд спортсменов и тренеров, закладываемый в подготовку шоу-номеров, должен уважаться не меньше, чем в «классических» соревновательных программах.
Когда же на первый план выходят субъективные факторы, медийность или внешние эффекты, а не реальное мастерство и сложность, у специалистов ее уровня возникает ощущение, что их системный подход обесценивают. С её точки зрения, даже шоу-старты должны сохранять внутреннюю спортивную честность: если уж есть судейство — оно обязано быть прозрачным и логичным.
Кроме того, в подобных турнирах, по мнению тренера, тонко переплетаются шоу и спорт: зрелищность не должна полностью подменять технику, а артистичность — списывать любые огрехи. Она отстаивает позицию, что высокое мастерство — это всегда синтез и сложности, и подачи.
Алиса Лю и разные подходы к карьере
Обсуждая Алису Лю, Тутберидзе выходит на более широкий вопрос — как сами фигуристы и их окружение выстраивают карьеру. Лю стала одним из символов раннего успеха и столь же раннего ухода из спорта. Подход её команды можно охарактеризовать как рациональный и прагматичный: достичь максимума быстро, взять свое — и спокойно уйти, не сломав здоровье.
Тутберидзе, в свою очередь, традиционно стоит на позиции длинной дистанции и развития ресурса. Для нее спорт — это не только вершина в виде титула, но и путь, годы работы, постепенное наращивание сложности и стабильности. Карьера Лю показывает иной вектор: яркий рывок, резкий взлет, затем смена приоритетов и уход.
В этом контексте тренер поднимает негласный вопрос: возможно ли совместить стремление к рекордному уровню ультра-си с сохранением здоровья и мотивации надолго? И честно признает, что для каждого спортсмена ответ будет своим: кому-то ближе «спринтерская» модель, кому-то — марафонская.
Переход Никиты и Софии Сарновских
Отдельный блок беседы был посвящен переходу в ее группу Никиты и Софии Сарновских. Для любого тренера подобный приход — это и вызов, и возможность. Пара приходит с уже сложившейся техникой, привычками, подходом к подготовке, и задача нового штаба — не сломать, а перестроить, усилив сильные стороны.
Тутберидзе традиционно акцентирует внимание на деталях: над чем можно работать в качестве поддержки, как выстроить хореографию, какие элементы потенциально повысить до максимальной сложности. При этом она всегда подчеркивает, что переход в новую группу — это не магическая «таблетка», а старт нового цикла тяжелой работы.
Для Сарновских это означает и переосмысление собственной роли в паре: ответственность, взаимодействие, распределение нагрузки. Тренер видит в них потенциал для роста, но оставляет за рамками громкие обещания, предпочитая говорить о процессе, а не гарантировать результат.
Современное одиночное катание: без ультра-си на вершине не удержаться
Сквозной темой разговора стала неизбежность ультра-си для тех, кто нацелен на победу на ключевых турнирах. Конкуренция в женском одиночном катании давно вышла на такой уровень, что без четверных прыжков или хотя бы тройного акселя удерживаться вверху становится все сложнее.
Тутберидзе не романтизирует эту реальность, но и не отрицает ее. Она говорит прямо: тем, кто мечтает о пьедесталах, приходится принимать риск, связанный с усложнением контента. Тем, кому ближе эстетика, компоненты, катание «для души», путь тоже открыт — но чаще всего он уводит в сторону от борьбы за золото крупных стартов.
В ее системе координат сложность — не самоцель, а инструмент. Но мир фигурного катания сейчас таков, что игнорировать этот инструмент уже невозможно. И задача тренера — научить спортсмена жить и соревноваться в этих условиях, сохранив не только здоровье, но и любовь к льду.